«Плохая партия»:
а был ли прав Тарантино?

«Афиша+» следит не только за тем, что попадает в российский прокат, но и за тем, что им игнорируется и все-таки оказывается доступно пользователям интернета.


Ана Лили Амирпур уверенно завоевывает свое место в большом кино. У нее отличный вкус (в числе ее любимцев - Гиллиам, Брессон, Линч, Полански), а одержимость кинематографом достигает такого градуса, что ее окрестили новым Тарантино.

Сравнения неизбежны. Мы еще слишком мало знаем об ирано-американском феномене, чтобы не цепляться за привычные системы координат (а они ведь рано или поздно станут неактуальны). Ана Лили Амирпур находится в стадии формирования собственного стиля, она работает с проверенными жанрами американского кино, но не подвергает их деконструкции, скорее красиво стилизует собственные поиски.

Ее первый полнометражный фильм «Девушка возвращается одна ночью домой» снят, по ее собственным словам, в стиле иранского вампирского спагетти-вестерна. Ей присущи изобретательность и чувство юмора, достойные лучших из лучших. И хоть она не называла в числе своих любимцев Тарантино и Родригеса, заимствования и подмигивания очевидны. Роберт Родригес запросто мог снять такое кино лет 10−15 назад.


Жанр «Плохой партии» обозначен как антиутопия. Действие происходит в постапокалиптической Америке, где все пространство разделилось на две неравные части: маленькая «зона комфорта», где наслаждаются жизнью сливки общества и на бескрайнюю пустыню, где, купаясь в собственных нечистотах, борются за существование изгои, калеки, нищие, бомжи, нелегальные мигранты, - «плохая партия». Пищи в пустыне нет, только мусор, попадающий сюда из «зоны комфорта». Так что каннибализм здесь - норма жизни.

Фильм начинается с того, что одинокая милая девушка Арлен (Сьюки Уотерхаус) идет по пустыне, ища нечто. Она напоминает девочку из хорошей семьи, которой захотелось свободы. В первые же 10 минут фильма она становится жертвой каннибалов: ей отрезают ногу и руку под песенку «All That She Wants» Ace of Base. Прозвучит бесчеловечно, но это одна из самых эффектных сцен фильма.

Весь остальной фильм героине придется справляется с трудностями без руки и ноги. На своем пути она встречает несколько весьма неоднозначных персонажей.


Человек-из-Майами (Джейсон Момоа), с которым героиня вынуждена заключить союз, метает ножи совсем как Дэнни Трехо в «Отчаянном» и отчаянно пытается найти свою дочь.


Властелин «мира комфорта» (Киану Ривз) проповедует некий социальный фатализм, согласно которому у одних судьба жить в прохладных особняках, а у других - выживать среди собственных и чужих нечистот, пожирая себе подобных.


Страшный бомж в исполнении неузнаваемого Джима Керри, у которого в фильме нет ни одной реплики.

Налицо заявка на старый-добрый эксплуатейшн с изобилием динамичной резни, крови и оторванных ступней, красиво летящих по воздуху в слоу-моушн. Однако есть существенное отличие работы Амирпур от постмодернистов 90-х, не раз уже упомянутых здесь. Она пытается снять не просто крутую историю с эффектными сценами и цитатами, но и поставить волнующие ее вопросы о судьбе человечества. Может быть, именно это смущает критиков. Тарантино на данный счет не заморачивался, что придавало цельности его киноработам. Но сколько можно работать «под Тарантино»! Ана Лили Амирпур это хорошо понимает.

<iframe width="740" height="416" src="https://www.youtube.com/embed/HKjrkbEY3NM?showinfo=0" frameborder="0" allowfullscreen=""></iframe>

«Плохая партия» оставляет много вопросов у зрителя: кто главная героиня и почему ее так тянет из мира комфорта в пустыню. Блудная дочь? Идеалистка? Любительница экстрима? Арлен явно пытается противопоставить себя и цинизму проповедника комфорта, и скотству «плохой партии». Финал открытый: Арлен уходит вместе с Майами-мэном и его дочерью, навсегда покидая территорию комфорта (ко всеобщему недоумению).

К сожалению, история, несмотря на относительно позитивный исход, оставляет мало простора для оптимизма. Приемы, разработанные в конце ХХ века Тарантино и его единомышленниками, сегодня уже не актуальны, и Амирпур это отлично понимает. Может быть, действительно правы были постмодернисты 90-х, которые, отказавшись от поисков правды, создавали переполненную цитатами развлекаловку, которая отлично подходила и для самовлюбленных интеллектуалов, и для невзыскательного зрителя? Амирпур выводит этот вопрос на повестку дня, но сама пока ответить на него не может. Быть может, смайлик на левой ягодице героини должен на что-то намекнуть.


Музыкальное оформление картины тоже весьма концептуально. В «мире комфорта» слушают гедонистический клубняк, в пустыне - евро-поп, который крутят разве что в странах Третьего мира на каком-нибудь «Ретро FM».



Ярослав Солонин
24.08.2017